Очки под ключ !
 Оправа+Линзы+
Изготовление за 999р    
Очки здесь и сейчас!

Беспроцентная рассрочка*    
Летняя Распродажа

   Оправы и Солнцезащитные  очки скидка -70% 
Хамелеон
Фотохромные линзы Polaroid сделано в США
ЛУЧШАЯ ЦЕНА от 1900руб
Valentino

В восемь тридцать утра в замке Видвиль, расположенном неподалеку от Парижа, еще спят. Неутомимый поклонник «неги, ласк, любви и красоты», почитатель культа роскоши, Валентино, в отличие от другого ветерана модного мира - Лагерфельда, рано не встает.

Замок, застывший в ожидании хозяина, похож на музей, забитый богатствами со всего света: азиатским фарфором, сокровищами Российской Империи, восточными коврами, серебряной и хрустальной посудой и полотнами знаменитых мастеров. «Не могу возвращаться домой с пустыми руками, - кокетничает Валентино. - Когда я перестану работать, случится просто кошмар!» Последние его приобретения помещены рядом -серебряная ваза XVIII века («ее странная форма мне очень понравилась») и картина Леже с аукциона в Нью-Йорке («люблю смешение стилей»).

У 75-летнего Валентино крепкое подтянутое тело, золотистые волосы, поблескивающие на солнце очки, улыбка в стиле Санкт-Морица и вечный карибский загар. Впрочем, знаменитый загар однажды сослужил Валентино плохую службу: его уволили за затянувшиеся каникулы. Модный Дом Jean Desses, куда Валентино поступил на первую работу еще в пятидесятые годы, вежливо попросил бронзового итальянца удалиться, когда Валентино наконец вернулся в Париж с Лазурного берега. «Вот они и говорят: Валентино, мы очень тебя любим, но...», - без особого сожаления рассказывает Валентино, которому уже тогда надоело работать «на дядю», и он просто выбрал корректный способ уйти. Впрочем, перед тем как сбежать в 1959 году в Италию и основать в Риме собственную марку, он еще успел поработать на Ги Ляроша.

Валентино Клементе Людовико Гаравани, родившийся 11 мая 1932 года в местечке Воньера в Ломбардии, уже в детские годы пробовал себя в качестве кутюрье, помогая Эрнестине Сальвадео, местной портнихе. «На школьном дворе я был королем. Настоящий маленький Муссолини, - говорит Валентино. - У меня было много друзей, а я всеми управлял, рассказывая, куда ходить и на что смотреть». Царские манеры, царский тон.

С самой юности он пестует свою страсть к роскоши, обратившуюся в умение одевать самых прекрасных женщин планеты. Мама Тереза страшно переживала, что маленькому Валентино Клементе Людовико нравятся «только самые дорогие вещи». Поклонник кашемира и ботинок на заказ вырос, но пристрастиям своим остался верен и по сей день, ни на секунду не изменив гламуру.

В17 лет Валентино приезжает учиться в Париж - сначала в Высшей художественной школе, а потом в школе при Парижской палате моды. После защиты диплома он хотел стажироваться у Кристобаля Баленсиаги, но его не взяли. Валентино теперь ерничает: «Не понимаю, почему Баленсиагу сейчас так обожествляют. У него хорошо скроенные силуэты, конечно, но такие тяжелые и неподвижные! Если опустить его платья на пол, они будут стоять сами!» Валентино наилучшим образом олицетворяет собственные ценности. Пожалуй, роль посла марки так полно исполнила лишь Коко Шанель, ставшая главной иконой стиля Chanel. «Я только и умею, что рисовать платья, принимать гостей и декорировать дом, а в бизнесе ничего не понимаю», - жалуется Валентино. Всем его пристрастиям находится место: империя Валентино просторна и светла. Яхты, частные самолеты, замок на въезде в Париж, сто гектаров частной собственности с миллионом роз, шале в Гштааде, вилла в Риме, квартира в Нью-Йорке с видом на Центральный парк, несколько Уорхолов (в их числе четыре портрета кутюрье, датированных 1974 годом), Бронзино, Ротко и Бэкон, одиннадцать шкиперов, сорок горничных, двенадцать садовников, двести восемь вишневых деревьев и пять мопсов: Марго, Мод, Мильтон, Молли и Монти. В общем, журналисты уже больше не знают, о чем писать.

Если честно, не так много дизайнеров и вообще людей живут так хорошо, как Валентино. Он считает, что в его образе жизни есть ясный практический смысл: например, Валентино не любит останавливаться в отелях, поэтому живет в собственных домах. «Иногда так плохо быть перфекционистом, - жалуется маэстро. - Когда я путешествую, все время чем-то недоволен. Еда невкусная. Азиатская еда - это какой-то кошмар. Я вообще против чеснока. Я против такого количества вещей, что друзья от меня устают». «Даже когда мы были не очень богатыми людьми, мы тратили кучу денег, - признается Джанкарло Джамметти, неизменный партнер Валентино с самого основания марки. - Мы всегда приезжали на машинах, с камердинером и чемоданами от Vuitton и получали от этого массу удовольствия».

Валентино познакомился с Джамметти жаркой летней ночью 1960 года. «Около полуночи я сидел в Cafe de Paris, ожидая, когда откроют один ночной клуб», - рассказывает Джамметти, сегодня почетный президент Дома Valentino. Тогда ему было 20 лет. «Терраса была забита, и Валентино спросил у меня разрешения подсесть к моему столику. Я с трудом представлял, кто он, и это при том, что все газеты были забиты сообщениями о кутюрье-вундеркинде, приехавшем из Парижа». Любовь с первого взгляда? «Да что вы, - отвечает Валентино. - Мне просто нужно было куда-то сесть».

Предпринимательская жилка и умение вести бизнес, присущие Джамметти, генеральному директору Дома Valentino с 1962-го по 1998-й год, оказались решающими для развития модной марки, ставшей одним из мировых лидеров индустрии роскоши. И хотя сейчас они не живут вместе, их по-прежнему связывает редкостное взаимопонимание. Поэтому Джамметти не любит сравнения с Пьером Берже (правой рукой Ива Сен-Лорана) и с Серджо Галеотти (партнером Джорджио Армани). «У нас никогда не было серьезных конфликтов - так, ссоры по мелочам», - говорит он. Прочность их отношений он также объясняет тем, что никогда не пытался «бросить тень на харизматическую икону Дома». Харизматическая икона, возведя очи к потолку, вздыхает: «Я не верю в любовь. Чтобы лучше от нее оградиться, я всегда сплю в отдельной комнате. Мы с Джанкарло всегда спали раздельно».

Несмотря на окружающее Валентино облако безмятежной ленцы, он трудоголик во всем, что касается обожаемой моды. Когда он работает, эскизы летят из-под карандаша во все стороны. Когда говорит о моде, оживляется, как мальчик. Когда обличает минимализм и гранж, его глаза горят и ноздри трепещут. «Ненавижу, ненавижу!» - кричит он. Делать женщину красивой - вот призвание человека, называющего все темные цвета «годом развода» и считающего, что платье должно выделять женщину. В отличие от многих своих коллег он никогда не сделает коллекцию ни для Topshop, ни для Н&М. Потому что стиль Valentino - это только самые роскошные ткани, драгоценные украшения, самые насыщенные и яркие цвета, золото, бриллианты, банты и кружево. «Все самое дорогое», как говорила мама. Никаких ценовых компромиссов. А стилю своему Валентино не изменял никогда.

Когда-то давно юный итальянец одевал законодательницу стиля графиню Жаклин де Риб. Она вспоминает, что Валентино тогда считал ее платья чересчур строгими и все время норовил куда-нибудь пришить то бант, то цветочек, то оборочку. Недавно они встретились на одном приеме, и кутюрье заметил: «Ну что, далеко меня завели мои банты и оборки?» Валентино не лукавит. Его роскошные наряды покоряли на протяжении полувека почти всех знаменитых женщин: не одетыми в Valentino остались пока только королева Англии и Анжелина Джоли. Удивляясь последнему, он говорит: «Я ее обожаю. Она сексуальна, но элегантно сексуальна».

Валентино очень тактичен в разговоре о своих клиентках, но считает, что самый непревзойденный стиль был у светских львиц ушедшей эпохи безумных праздников и безудержных трат - Мареллы Аньелли (муза Аведона и Энди Уорхола, представительница древней неаполитанской династии и журналист Vogue), Бэйб Палей (нью-йоркская светская львица середины прошлого века и икона стиля) и Глории Гиннесс (красавица и жена наследника известной пивоваренной компании). Есть также и плохо воспитанные и слишком откровенно одевающиеся дамы, которым никогда не выпадет честь появиться в свете в платье от Valentino. Их имен он предпочитает не называть. Но это не значит, что молодому поколению знаменитостей не носить платья от Valentino: Дженнифер Лопес, например, однажды появилась в винтажном платье-тоге аквамаринового цвета, которое Джеки Кеннеди надевала во время путешествия в Камбоджу. Молодые девушки, по мнению Валентино, хорошо умеют сочетать вещи и заново открывают для себя гламур.

«Самое важное - это то, как женщина двигается, как на ней оживают мои вещи, - говорит Валентино. - Я всегда внушаю своим друзьям, у которых в семье растут девочки: «Поправляйте их, учите двигаться, пока им еще восемь лет и пока не поздно, ведь только сейчас можно все исправить». Валентино понимает толк в манерах: он создавал одежду для большинства аристократок, начиная от немецкой принцессы Глории фон Тёрн унд Таксис, гречанки Марии-Шанталь и заканчивая болгарской принцессой Розарио Сакс-Кобург-Гота, ставшей настоящей музой дизайнера. Сактрисами немного сложнее. «Они очень испорченные, - сетует Валентино. - Одна кинозвезда попросила меня сделать платье с та-а-а-ким декольте! Я сказал: «Ммм... ОК». Думаю, в Калифорнии это необходимость».

Конечно, Валентино, как все, делал ошибки. Он, например, страшно переживает по поводу одежды, которую создавал для героинь телесериала «Династия». «О, боже, что же я тогда наделал! Все было такое короткое, с такими большими плечами!» Еще один неприятный момент в его биографии был связан с критикой в The International Herald Tribune, когда острая на язык журналистка Евгения Шеппард сначала восхитилась его коллекцией и назвала его «новым роллс-ройсом мира моды», а в сле­дующий сезон заявила, что у «роллс-ройса спустились шины».

Вспоминать хорошее гораздо приятнее. Валентино, например, большой мастер задавать приемы. Его вечеринку по случаю подписания крупного лицензионного контракта в Америке вспоминают до сих пор. Знаменитый редактор американского Vogue Диана Вриланд прислала Валентино в качестве подарка Барбару Стрейзанд, одетую в костюм жены махараджи. Через несколько лет дизайнер нарядился циркачом и устроил день рождения в цирковом стиле в легендарном Studio 54.

«Он очень гостеприимен, - говорит большой специалист по стилю жизни Жаклин де Риб. - Если вы у него в гостях, он всегда проверяет, не скучно ли вам». Впрочем, есть вещи, которые в гостях у Валентино категорически не стоит делать: мало есть, ходить в джинсах и курить. «Если вы мало ели, берегитесь - он обязательно спросит, все ли в порядке с едой. Прямо еврейская мамочка», - рассказывает бессменный PR-директор Валентино Карлос Соуза. По поводу джинсов: «Не люблю, когда леди приходит на мой прием в таком виде, будто только что устроила пробежку. Нужно иметь достаточно воспитания, чтобы знать, куда вы пришли». Валентино непреклонен - в джинсах он может видеть разве только своего близкого друга Гвинет Пэлтроу, но при условии, что они будут сшиты из «чего-нибудь более элегантного, чем хлопок». «Желательно еще приехать со свежим мелированием» », - говорит актриса, которая уже не раз была в гостях в замке Видвиль. С курением вообще странно: пепельницы расставлены по всему дому, но у Валентино нельзя курить, и его нынешний партнер Брюс Эксема, красивый американец с львиной гривой, который уже на протяжении 25 лет присутствует в его жизни, строго за этим следит.

Если Валентино дружит с Гвинет Пэлтроу и знает молодых знаменитостей, это совсем не значит, что он разбирается в новых дизайнерах. Джамметти рассказывает, что, например, имена Джамбаттиста Валли, Бэджли Мишка, Фиби Фило ему незнакомы. Он знает «только Карла, Миуччу, Донателлу» и еще Тома Форда («умный парень, и знаю, что ему нравится мое творчество»). Зато Валентино, конечно, знают все. На улице появление легендарного кутюрье мгновенно собирает толпу. «Это невероятно и очень приятно. Возможно, именно этого мне не будет хватать, когда я перестану работать», - тихо добавляет он.